Михаэль Шахт (Michael Schacht) - автор игр Колоретто и Зоолоретто.

Дмитрий Вачедин

(Мнение Игроведа может не совпадать с мнением автора)

Представим себе, что профессиональные авторы игр - которых в Германии можно по пальцам пересчитать - открыли свой автоцентр. Входим в него - и вот уже к нам медленно приближается солидный мужчина с седыми усами. Как же, как же - Клаус Тойбер, автор «Колонизаторов». Здравствуйте, Клаус! Ясно, что если кому и можно доверять продажи, то только ему - сколько там миллионов по всему миру колонизируют неисчерпаемый и необозримый остров Катан? Колонизировали, колонизировали, да не выколонизировали. Однако не даем опутать себя старомодным обаянием и идем дальше. За стеклянной дверью уткнулся в компьютер менеджер - Уве Розенберг («Бонанза» и «Агрикола»). Специалист широкого профиля, держит нос по ветру и не боится сложных задач. Не ищите в здании Райнера Книзиа («Тигр и Ефрат», «Затерянные города»), он представителем в Лондоне, не совсем ясно чем занимается, но служит вывеской фирмы и регулярно присылает отчеты, полные загадочных цифр. Позвольте, а чья это кепка и ботинки 45-го размера торчат из-под мерседеса? Кто же в этой приятной компании крутит гайки? Кто оставляет следы машинного масла на общем кофейном автомате? Михаэль Шахт собственной персоной!

Если посмотреть на творческий путь Михаэля Шахта, то понимаешь, насколько все же легко достался успех... другим. Растянувшаяся на пять лет попытка заявить о себе на конкурсах настольных игр, одна-две игры в год в последующие пять лет. Наконец, 1999 год - после выхода «Kontor» кто-то посмотрел в сторону Михаэля. И тут же отвернулся. Двухтысячный, и выход «Kardinal und Konig» («Кардинал и Король», в переиздании «China») - настольной игры, которая своей простотой, элегантностью и глубиной кажется сумела завоевать сердца геймеров. И что же - коммерческий успех обошел стороной, лишь 8е место на «Немецкой игровой премии». Дело еще в том, что тогда, в чрезвычайно удачном году, году продолжавшегося «колонизаторского» бума, на коне были маститые Райнер Книзиа и Вольфганг Крамер, даже только что вышедшие замечательные «Цитадели» Бруно Файдутти стали в том году лишь 6-ми. Куда там никому неизвестному выскочке Шахту.

После этого Michael Schacht, рекламщик из Франкфурта, начал попросту бомбардировать рынок своими настольными играми. Каждый год, вплоть до сегодняшнего дня, выходили десятки его новых игр - представьте, десятки в год! - а ведь до магазинов добирается едва ли каждая пятая идея даже известного игродела. И это, можно сказать, в качестве хобби. Причем выходило не абы что - тут и бойкая торговля в «Dschunke», и история индустриальной революции в «Industria», и чуть ли не образец легкой и одновременно глубокой карточной игры «Coloretto». Вплоть до 2007 года, когда «Зоолоретто» стало «Игрой года», Михаэль Шахт однозначно был самым недооцененным из активно издающихся авторов игр Германии. Попробуем выяснить почему.

Во-первых, начало карьеры было явно завалено. Первая игра Клауса-Юргена Вреде называлась «Каркассон». Знакомое название? Ясно, что после «Каркассона» представители издательств толкались у господина Вреде в передней. «Каркассон» Михаэла Шахта носит название «Кардинал и Король» - это не менее элегантная, значительно более глубокая и тонкая настольная игра с чрезвычайно легкими правилами. Неуспех. Почти - да, но чего-то не хватило. Посмотрим на карточные игры. Одной из первых игр Уве Розенберга была «Бонанза». Тоже где-то слышали? Ясно, что с деньгами от тиражей «Бонанзы» Розенберг мог позволить себе эксперименты, вылившиеся в итоге в изначально некоммерческую «Агриколу». «Бонанза» Михаэла Шахта называется «Колоретто». Эта игра глубже «Бонанзы», обладает более легкими правилами и не менее оригинальной механикой. В итоге - локальный успех, но никак не серьезное признание. Надо ли говорить о том, что и «К и К», и «Колоретто» были явно недооценены. А ведь и кроме них было немало достойного.

Назовете самый большой коммерческий успех Михаэла Шахта до появления «Зоолоретто»? Думаете, «Колоретто» или «Кардинал»? Даже если перед вами вывалить всю сотню игр его производства, эту вы бы назвали в последнюю очередь. Это «Socken Zocken», игра для четырехлетних детей. Там из общей кучи носок надо выбирать одинаковые и прикреплять их прищепками к ногам зеленого «носочного монстра». Вот этого «носочного монстра» и не могли простить более удачливые коллеги Шахта. Как совместить тонкую механику «Кардинала» и выбор носок по парам? Вывод ясен - у автора нет собственного стиля. Легко говорить тем, у кого за спиной большой коммерческий успех - чтоб их ночью забрал носочный монстр! Михаэль Шахт - бывший арт-директор рекламного бюро - он по определению не выбирает, кого рекламировать - кетчуп, так кетчуп, сигареты, так сигареты. Эту многогранность он и перенес в мир настольных игр. Зато на этой сотне игр он набил свою руку так, что достиг в своем деле мастерства. По каким критериям мы судим? Обратим внимание на третий упрек Шахту.

Самоповтор. Речь идет о той самой схожести механики «Колоретто» и «Зоолоретто», за которую кто только Шахта не критиковал. На самом деле ситуация тут диаметрально противоположная. Нередко бывает, что популярная настольная игра несколькими годами позже выходит в виде хорошей карточной игры. Этой участи не миновали «Кейлус», «Тигр и Ефрат», «Пуэрто-Рико» и так далее. Обратного же практически не встречается - практически нет прецендентов превращения хорошей карточной игры в хорошую настольную игру. Думаете, Бруно Файдутти после своего успеха не хотел превратить «Цитадели» в эпическую настолку? Хотел, но не вышло. Уве Розенберг таки выпустил настольную игру по «Бонанзе» - и она с треском провалилась. А вот у Михаэла Шахта получилось - просто за годы тренировок на носочных монстрах, после тех лет, когда он брался за все, что попало - он незаметно стал настоящим мастером. Ведь я не случайно дал Шахту гаечный ключ в начале статьи - он действительно трудяга и очень хороший специалист.

Внимательно присмотримся к «Колоретто» и «Зоолоретто». Первая - это абстрактная карточная игра, подкупающая своей простотой, глубиной, оригинальной механикой и небольшим игровым временем. Вторая - это тематически насыщенная легкая стратегическая игра, участники которой стараются создать идеальный зоопарк - каждой твари по паре, зверями заполнены все ряды, в киосках продается сахарная вата. В «Колоретто» играют, начиная или завершая «геймерский вечер», или во время небольшой паузы, в «Зоолоретто» - в семейном кругу. Главной заслугой «Зоолоретто» является не заимствование оригинальной механики, которой, кстати, ее игровые качества не исчерпываются, а одинаковая привлекательность для геймеров и для детей, которым нравится возиться с животными. Именно поэтому «Зоолоретто» вполне справедливо стала «Игрой года» - дети любят зверей, а геймеры - хорошие игры, и каждый получил то, что ему надо. По сути, «Зоолоретто» является инструментом коммуникации геймеров с внешним миром. Да, когда за столом сидят четыре хмурых парня, вытаскивать «Зоолоретто» - глупо, а «Колоретто» - в самый раз. Но вот в компании появилась хотя бы одна девушка или ребенок - убираем «Колоретто», - в этом ряду у меня панды, а в этом - слоны. И да будет так.

Самое забавное то, что, если бы не кармический закон, одаривший Михаэла Шахта «Игрой года», ему бы ни за что не удалось продать столько копий «Зоолоретто» - видимо, он все же неудачник. Носочный монстр по-прежнему был бы самым главным его успехом - и на деньги, которые немецкие мамы тратят на то, чтобы их дети в игровой форме учились прибирать свою одежду, он грустно покупал бы себе в супермаркетах Франкфурта их знаменитое яблочное вино. Однако все сложилось иначе. Спасибо вам, Михаэль, что вы не отступили после неудач первых лет, и продолжили возиться под капотом. Настольные игры живут всего года два, после чего их непроданные остатки сливаются по бросовой цене, рынку нужна свежая кровь - и я знаю, что и в 2009 появится как минимум 10 ваших игр. А пока ждём осени, когда будет присуждаться премия года, Valdora- одна из новых игр Михаэля Шахта и одна из претендентов на это высокое звание. Я сам не слишком хорошо умею складывать носки, и, когда у меня появится сын, мы вместе будем прикреплять их к ногам зеленого монстра. Так что мы не прощаемся, Михаэль. Еще раз спасибо.